Нашла в библиотеке книгу в совершенно очаровательном оформлении. Но больше, пожалуй, подкупило примечание автора, в котором автор рассказала о книге, которая послужила одним из источников вдохновения – романе Джоан Д. Робинсон «Когда здесь была Марни». В этот момент я поняла, что не могу пройти мимо романа Зои Сомервилл.

Несмотря на фэнтезийное оформление книга совсем не детская и отнюдь не веселая: довольно мрачная, тягучая, депрессивная. Но удивительным образом она попала в моё настроение, я проглотила эту историю буквально за три вечера.

Действие Дома на болотах происходит в моём любимом хх веке. В романе две сюжетные линии, развитие которых происходит в разных временных эпохах: в 1930-х и в 1962 году. А соединяет это прошлое и настоящее – записная книжка, которую главная героиня находит на чердаке. По мере чтения этих записных книжек и развития сюжета я уже понимала, что связывает двух женщин из этих временных отрезков. То есть какой-то особой интриги в романе нет, но, на мой взгляд, автор к этому и не стремилась. Сильная сторона романа – это психологизм, глубокая проработка психологических портретов героинь. Благодаря описанию буквально погружаешься в атмосферу Дома на болотах и сюжет, который накрывает снегом, одиночеством, болью и депрессией. Судя по всему, могу предположить, у героини второй истории – послеродовая депрессия, которая поглотила всю её сущность. Читать историю женщины, которая явно в тяжелом психологическом состоянии – алкоголь, таблетки, оптические и слуховые галлюцинации, дезориентация в пространстве – было сложно. А вот история Розмари понравилась, она получилась более яркая, живая, динамичная. И от этого трагедия этой женщины воспринимается как что-то очень личное, то, что задевает за живое, оставляя невидимый шрам на теле.

Из интересного: в романе упоминаются события, которые имели место быть в реальной жизни. Во-первых, это подлинная история отравления мышьяком и повешения из 1830-х. Во-вторых, это исторические события в довоенной Британии. В романе упомянут Освальд Мосли, который прославился тем, что возглавлял Британский союз фашистов (БСФ). И наконец, большинство подробностей Большого Холода 1962-1963 годов исторические, кроме того обстоятельства, что снег начался на второй день Рождества, а не 23 декабря.