История вокруг Яна Топлеса кажется мне не столько историей одного человека, сколько симптомом болезни, которой давно болеет общество.
Человек напился, поцеловал незнакомую девушку, публично признал это и извинился.
Но этого оказалось мало.
Сотни комментариев, требования отменить его, обвинения в предательстве, наркотиках и моральном разложении.
Каждый второй голожопый блогер внезапно превратился в судью, прокурора и специалиста по тому, как правильно жить, каяться и писать извинения.
И проблема даже не в этих людях.
Они всего лишь воспроизводят форму, в которой их долго учили существовать.
Годами смотрели шоу, где чужая личная жизнь становится развлечением. Где человеческие ошибки превращают в сериал. Где неважно, что произошло на самом деле.
Важно, насколько громко можно осудить.
Беременна в 16.
Ждули.
Мужское и женское.
И десятки подобных проектов.
Сегодня на Twitch один из самых популярных разделов - «Общение».
И значительная часть этого «общения» строится вокруг коллективного просмотра именно таких передач.
Тысячи людей часами наблюдают за чужими конфликтами, изменами, унижениями и семейными катастрофами, а затем хором выносят приговоры.
Когда рейтингами поощряется публичное осуждение, осуждение становится привычкой.
Когда личная жизнь превращается в контент, исчезает уважение к личным границам.
Когда чужой позор приносит просмотры, мораль начинает измеряться количеством реакций.
Мне кажется, проблема не в том, что люди стали злее.
Проблема в том, что они слишком долго тренировались быть зрителями публичных казней.
Теперь им уже недостаточно наблюдать.
Им обязательно нужно бросить свой камень.
Именно поэтому любая ошибка человека, известного хотя бы нескольким тысячам людей, мгновенно превращается в народный трибунал.
Не потому, что общество внезапно стало нравственным. А потому что его приучили получать удовольствие от чужего падения.
Мы перестали искать смысл.
Мы начали искать виноватых.
Такая, некая подмена в современном медиа.
Потому что общество, которое превращает каждую человеческую ошибку в публичное развлечение, рано или поздно обнаруживает, что ему уже не нужны факты.
Ему нужен только следующий обвиняемый.