Я хочу плотную, смачную затяжку.

Я прихожу к тебе домой, пока твой парень на работе. Ты открываешь дверь и я сразу обнимаю тебя. Крепко-крепко, как будто мы не виделись целую вечность — тебя не было целый месяц. Я скучала и завидовала тебе. Тому, что ты там, где меня уже нет.

Мы отвратительно смеемся. Мне немного страшно. Но, если честно, какая теперь разница?

Раз. Два. Три.

Тяжелеют пальцы, медленно опускаются веки, а внутри грудной клетки становится просторно. Наконец-то никто не требует от меня быть кем-то. Наконец-то можно не разбирать себя на составляющие.

Главное — ни о чем не думать.

Давай повеселимся?
Только как мы доедем? У меня ноги не шевелятся. Господи, это уже весело!

Позвони. Позвони. Позвони.

Нет, я буду только первый.

О, как прекрасна встреча с первой любовью. Сколько бы лет ни прошло, я всегда буду любить тебя, хмурый друг.

И больше ничего не страшно.

Я ужасно хочу торчать.
Я устала. Я так невыносимо устала проживать все эти чувства. Устала от этих телок, от денег, от своей головы.
Я была на группе сегодня. И на сессии была. И еще плакала ему в шею.

А он, кстати, сегодня отказался от супервизии.
А ведь он тоже сумасшедший.
Я выпиваю из него все соки. Отращиваю клыки. Иногда мне кажется, что я способна превратить даже самую нежную любовь в дождливое небо. Мне все мало. Еще немного внимания, еще немного уверенности, еще одно подтверждение, что меня не бросят.
И я сама от себя устаю.

А потом он целует меня на ночь, и я растекаюсь по кровати.

Я лежу рядом с ним и думаю о том, насколько коварной бывает моя болезнь. Я ведь знаю эту историю. Знаю, чем заканчиваются наши встречи и что у этой любви нет счастливого финала.

Господи, я не хочу снова потерять свою жизнь.
Не оставляй меня, Отец.

Есть что-то совершенно неправильное в том, насколько сильно ты меня привлекаешь. И я думаю, что не хочу с этим справляться.
Я люблю тебя любым. Люблю, когда ты сонный, растрепанный, не успевший окончательно проснуться. Люблю, когда ты серьезен и сосредоточен.
Я до сих пор вспоминаю тот день. Ты долго разговаривал со своим бывшим пациентом. В тебе было столько власти и знания, столько жизни, что я могла бы, наверное, смотреть на эту картину часами.

А потом мы остались вдвоем. Господи. Я не знаю, что именно произошло в ту секунду, но, кажется, моя нервная система до сих пор хранит этот момент как одно из самых прекрасных воспоминаний: я прижалась головой к твоему бедру, а ты погладил меня.

Помнишь, что было дальше?

Я люблю, когда твоя рука оказывается на моей шее, когда я чувствую это тепло и забываю все слова. Люблю целовать твой пресс, задерживаться губами на коже. Это произведение искусства, которое мне почему-то разрешили трогать...
Люблю татуировки, плечи и спину,
Люблю, когда ты говоришь, что я нежная, даже в моменты, когда мы совсем не нежничаем. Тогда за всей этой дерзостью, я все равно чувствую себя любимой девочкой. Мне нравится, что мне не приходится выбирать между тем, чтобы быть желанной, и тем, чтобы быть бережно любимой. Это должно быть написано большими буквами и подчеркнуто дважды.

А еще я ужасно люблю после.
Смотрю на тебя, отвожу глаза и улыбаюсь. Хотя, казалось бы, что уже можно стесняться? Мы знаем друг о друге гораздо больше, чем положено знать двум людям. Но я снова превратилась в котенка, который не знает куда себя деть.

Вчера, сегодня, завтра

Я не могу не влюбляться в тебя, когда ты это делаешь!
Мой сильный, красивый и умный мужчина соулмэйт.
Я еще тысячу раз скажу тебе неть.

Меня свадьбой можно подгонять как ослика морковкой. Клянусь богом, я высушусь к назначенной дате (а когда она будет назначена????), чтобы нижняя часть живота не выпирала в обтягивающем.
Варюсь сама с собой в этих мыслях и здесь, а в слух почему-то сказать не могу ничего. Первой моей реакцией на предложение было:
«Егор, я хочу нормальную свадьбу»
Ну и дура.
Может ну и хрен с ней, с этой нормальной свадьбой?
У меня подружка спросила: «ну что значит нормальная?». А я сама не знаю. Сказала, что хочу платье красивое.
С другой стороны, в этих отношениях мы первый раз все делаем нормально, по божески, по человечески... Мы не показывали друг другу письки в телефон на первых днях знакомства (хотя очень хотелось!), а секс и тот, случился через месяц. Я не забеременела СЛУЧАЙНО и все в этом духе. Как будто очень хочется и свадьбу тоже нормальную, а не роспись в ужасном белом костюме и поесть в Якитории.
Не знаю, короче. Расскажите о своих свадьбах что ли? У меня была одна, но так себе)
Ночь и я успокоить не могу этот поток мыслей.
Фотку тоже очень хотела выложить где-то, но что-то стесняюсь. Вот они мы.
Утром все таки наберусь смелости и скажу, что я тоже очень жду этого дня.

Последнее время мне легче нарисовать, чем написать. Не хочу писать о работе, не хочу писать о делах, не хочу писать ни о чем, кроме любви. Все еще.
Я никогда не чувствовала этого, этого, помноженного на сто. И это не проходит.
Что-то безусловное, осевшее в сердце, что-то огромное…
Сегодня думала о том, что если бы ты сотворил самую поганую вещь на свете, я бы все равно продолжила любить тебя. Все, что я говорила о своих границах — пустая болтовня. Сейчас я могу простить все. И завтра тоже.
А еще думаю, как удивительно знать тебя столько лет!
Мы встретились давно, когда были слишком глупыми и слишком хищными. А может и не были глупыми, если решили обойти друг друга стороной?
И как удивительно, что я не хотела иметь с тобой ничего общего, будучи уже слишком беззащитной.
И как удивительно, что сегодня каждое твое касание исцеляет меня, что я хочу провести с тобой всю свою жизнь.
Вчера ночью, на несколько секунд я проснулась от поцелуев. Сегодня, я надеюсь, что ты не почувствуешь, как я поцеловала твою ладонь.
Отдыхай, моя любовь. Новый день будет еще лучше.

У меня ничего не выходит.
Скопила много ресурса и чувствую поддержку, от того решила начать ДЕЛО ВСЕЙ СВОЕЙ ЖИЗНИ.
И вот, наверное, неделю, кручусь и суечусь, а выхлопа никакого. Я понимаю, что результат не получить сразу, но хочется опустить руки…
Со свадьбой аналогично.
Деньги нашлись и вот, вот она, замаячила на горизонте, но увы… На нее денег тоже не будет в перспективе трех месяцев точно.
А еще я растолстела и волосы как солома. Надо как-то вернуть рельеф к лету, чтобы не глотать слезы, глядя на пляжных эскортниц. Ненавижу их.

И я пуси муси буду, льюсь в свою лачугу!

Положи, пожалуйста, на место этот острый хирургический нож. Пусть лучше ассистент принесет гемостатическую губку или позовет Румпельштицхена. Нам тоже нужна целая комната с золотом!
Я плачу.
Сколько ты пролила слез, моя мини-принцесса?
У этого дерева будут очень прочные стебли, бадди. Это солнце будет заходить для нас вечно. Лошади бегут…

Это было пятого октября.
До этой фотографии мы ругались, я говорила ему собирать шмотки и уезжать в Испанию к бывшей.
Бываю ревнивой и злой гадиной.
Дома тоже плакала и ругалась, а потом мы нашли кальянную и купили мне тыквенный латте. Обнимались.
Мы неидеальные оба. И мы все еще идем дальше.

До сих пор очень непривычно идентифицировать себя девочкой.
Кем я только не была за свои неполные тридцать: и Дашкой, и Дарьей Алексеевной, и зависимой, и женщиной, и мамой, и экспертом, а вот девочкой — почти никогда.
И это так прекрасно…
Да, я понимаю, что пишу об одном и том же, из раза в раз, но счастье переполняет меня, наполняет рекою и я не могу остановиться.
Как же хорошо расслабиться.
Сегодня у меня был выходной. Я шлепала босиком до кухни и выглянула в окно спальни. У подъезда растут пальмы… Это до сих пор восхищает меня. Через несколько мгновений позвонил Егор. На его звонке у меня стоит рингтон Доджи Кэт.
Damn papa, you a rare weed, no comparing
And it's motherfuckin' scary
Мы много болтаем по телефону, если на работах.
В эту минуту мне захотелось поплакать от счастья. Подумала, что не хочется умирать. Не хочется, чтобы это кончалось…
Потом я легла спать под дождик и проспала три часа, никуда не пошла. Снилось, что я клею обои в деревенском доме.