Вчера перед сном пересматривала выступление Саши Трусовой на Олимпийских играх и, как большая фанатка драм, снова смотрела её реакцию на серебряную медаль. Засыпала с какой-то болью внутри от её слов: «Я больше никогда не буду заниматься этим спортом! У всех есть золотая медаль, а у меня нет!» — Ничего себе, у всех, — подумала я. Она вошла в историю фигурного катания, в Книгу рекордов и стала легендой ещё до того, как ей исполнилось 17. А для неё в тот момент Олимпиада стала концом жизни.

В школе мне казалось, что забить на все вокруг и фанатично заниматься чем-то одним, сделать из хобби passion — это круто и романтично. Я со стыдом отодвинула от себя все свои творческие увлечения и интересы, которые приносили мне радость, оставив увлечение естественными науками. Я думала, что я оставила какую-то свою детскость и несерьезность, хотя и продолжала размышлять: "А правильно то как?"

Сейчас вокруг себя наблюдаю таких фанатичных людей, следующих одной лишь линии во взрослом возрасте и вижу, что они почти все несчастны. Кто-то говорит, что это плата за успех и гениальность, плата за их искреннюю любовь к делу, но мне кажется иначе. Такие люди (и я, в общем-то) выстраивают свою идентичность вокруг всего одного дела. Когда ты ассоциируешь себя с чем-то одним и все твое представление о себе строится вокруг одного, любой провал или ошибка будут сильно ранить, ведь этот провал теперь ассоциирован с провалом тебя как человека в этом мире. Твоя собственная ценность асоцированна с чем-то одним единственным, в чем ты в данный момент не очень хорош. Начинают появляться мысли о том, тем ли ты занимаешься, достоин ли ты назвать себя ученным, художником, программистом, спортсменом, нужно ли все бросить и сдастся. Хотя проблема очевидно не в тебе, и даже не в таланте, а в подходе к тому что ты делаешь, в количестве отработанных часов, технике, практике - в общем во всем, что спокойно можно исправить и таких ошибок больше не совершать. Чтобы не чувствовать такую сильную боль и не ломаться, важно строить свою идентичность на чем-то еще, обязательно важном и ценном для тебя. Это всегда страхует от болезненных падений, потому что эго не страдает так сильно, ведь ты видишь свою собственную ценность не только в одном деле. Особенно если ты очень сильно любишь то, чем занимаешься, потому что тревожность, не дающая уснуть и часовые размышления о том, почему ты такой никчемный и ненужный еще никогда не становились помощниками в собственной реализации.

Вчера была на лекции Василия Бейнаровича и Екатерины Квитко. Василий -- психиатр, а Екатерина -- летературовед, они обсуждали героев романов Достоевского через призмы диагнозов и их проблем. Больше всего тронуло и ранило рассуждение Бейнаровича о том, что человек -- существо социальное и любая социальная депривация (вроде аскез, затворничества, уходов в монастырь) неминуемо влечет разные проблемы с головой, потому что вынуждает человека на рефлексию, которой быть не должно. К копанию в себе, в мире. Я ни раз это наблюдала со стороны и ощущала сильное желание такого человека мотать по разным мероприятиям с дискомфортом для него, но с пользой, хотя возможно и сомнительно. Ранило меня это рассуждение по той причине, что сама нахожусь в эмиграции, а там социализация отнимает в десяток раз больше энергии и я нахожусь в чужой стране, испытывая сильный стресс и не имея возможности расслабиться с друзьями. Сижу дома, занимаюсь эскапизмом и избеганием реальности, накапливая свои проблемы как снежный ком. Очень хочется тепла и общения, а энергии на новые контакты слишком мало и становится все меньше. Вот где жизнь начинается с чистого листа. Только эмиграция помимо старых проблем забирает и все хорошее, что у тебя было. И оказывается, что этого хорошего было сильно больше, чем проблем...

Вообще, пример Бейнаровича меня восхищает. Это человек, который ведет психиатрическую практику, участвует в различных проектах и шоу и не забивает снимать для своего канала. Я завидую тому количеству энергии и харизмы, которая в нем есть. Парой и сама испытываю желание писать о чем-то. Как сублимацию своих чувств и мыслей, как возможность какого-то движа, который бы разбавил бесконечную и монотонную учебу, как возможность взаимодействия с людьми через слова. Говорят, что нужно создавать то, чего не хватает самому, мне не хватает честности. Возможно, мне было бы проще справляться со своими проблемами, если бы я видела, что они не уникальны и я не превратилась в образ мученика, что все через это проходят и находят решения. Только в сети не хватает этой честности. Даже те тернии, которые люди пытаются описывать, зачастую выглядят до тошноты вылизанными и романтизированными. Может потому, что о них пишут по факту преодоления, когда все уже позади, все выводы сделаны и никто не страдает? И не хочется создавать образ жертвы, которой все не то, да не так. Чтобы был виден процесс и развитие детально, со всеми кочками, падениями и подъемами с жесткого асфальта. Держать баланс сложно, я пыталась (правда не тут) и меня всегда тревожил страх чужого осуждения в посредственности и банальности того, о чем я говорю. Мне не хочется проходить через эту тревогу, потому что идея в другом. Мне хочется, чтобы это приносило удовольствие, помогало исцелиться мне и возможно другим. Чтобы это стало для меня теми минутами, когда мне становится легче, я могу дышать глубже и не сбегать из реальности, а находиться в ней.

В моей жизни существует несколько не сливаемых друг с другом тусовок. Они очень разные, люди, находящиеся там, как будто бы находятся в разных частях вселенной, и велика вероятность, что попытка слить хотя бы одну пару этих вселенных приведет к всеобщему недопониманию, растерянности и негативным впечатлениям с обеих сторон. Возможно, каждый с этим сталкивался, это учит не собирать вокруг себя одну большую шведскую семью, как бы ни был иногда соблазн. Потому что просто не выйдет. Это нужно принять.

Уже 5 лет я ни разу не ныряла в новую «вселенную». Я много с кем знакомилась, завела друзей, а прежних узнала лучше и подпустила близко настолько, насколько это возможно. Но все это происходило в одной и той же плоскости, в той, в которой я чувствую себя максимально комфортно, знаю что говорить, как знакомиться, как проводить время и что предложить людям.

Сейчас, кажется, настал момент, когда мне нужно начать взаимодействовать с другим сортом людей. И это, оказывается, очень сложно. И страшно. Я чувствую себя среди них маленьким ребенком, которому не рады и которого будут грызть за невежество. А я не знаю их ценностей, я не знаю правил игры, в которую они играют, я не знаю их этику. И я точно буду делать ошибки, потому что иначе их не понять. Это хождение по прозрачной поверхности над пропастью, непонятно в какую сторону делать шаги. Новое испытание на прочность для моей уверенности в себе. Посмотрим, как долго я смогу вставать на ноги каждый раз спотыкаясь, и как быстро я научусь ходить.

НАРЦИСС
Постоянно отслеживает, не прыгают ли чужие тараканы выше и не выглядят ли красивее. С психотерапевтом учится безоценочно любить своих тараканов, но тайно продолжает сравнивать своих с тараканами терапевта.

ШИЗОИД
Презрительно относится к людям с малым количеством тараканов, считая их пустыми и примитивными. Считает собственных тараканов наиболее талантливыми, нестандартными и высокоинтеллектуальными. В терапии отстаивает право собственных тараканов быть необычными. Глубоко в душе относится к ним с трепетом и любовью, понимая, что только с собственными тараканами может установить самые близкие, теплые и понимающие отношения.

ИСТЕРИЧКА
С удовольствием демонстрирует своих тараканов, выдавая их за милые женские штучки. «На выход» повязывает тараканам розовые бантики. Верит, что ее тараканы настолько умилительны, что способны очаровывать и соблазнить любое стадо в мужской голове.

ПАРАНОИК
Посвящает жизнь тому, чтобы не допустить чужих тараканов в собственную голову. Чутко отслеживает потенциальный вред и угрозу со стороны чужих тараканов. Готов отстаивать безопасность тараканьего мира в комиссиях, судах и других организациях, защищающих права тараканов. Решительно указывает терапевту на то, что последний слишком распустил свое стадо и ему нужно бы поработать над собой.

ОБСЕССИВНО-КОМПУЛЬСИВНЫЙ
Держит своих тараканов в строгости и лишениях, но периодически позволяет им выползать наружу, наслаждаться, плодиться и размножаться, после чего долго и мучительно собирает их в стаю, чтобы снова запереть, приползает к терапевту и просит помочь сделать клетку более прочной.

МАЗОХИСТ
Испытывает стыд за своих тараканов, считая их ничтожными, глуповатыми, но зато высокоморальными. Ни за что не готов расстаться ни с одним из них, так как люди без тараканов, во-первых, не имеют совести, а во-вторых, не имеют возможности долго и мучительно обсуждать тараканов в терапии. Страшно благодарен терапевту за обнаружение очередного тараканчика, клянется погнать его концентрированным дустом, но, придя домой, рассматривает с любовью и жалеет новообретенного.

ПОГРАНИЧНЫЙ
Все время путает своих и чужих тараканов, а также места их обитания. Вместе с психотерапевтом учится помечать своих и гнать взашей чужих, обустраивая родным комфортное местечко. Стремиться перепроверить всех тараканов не только терапевта, но и членов его семьи, а также друзей, одноклассников и старых знакомых.

СОЗАВИСИМЫЙ
Стремится заботиться о чужих тараканах, забывая о своих. Спохватывается, обнаружив своих похудевшими и похеревшими, три дня страдает, но снова возвращается к заботе о чужих. В терапии клянется заняться, наконец, своим собствненым стадом, но тут же по-привычке, начинает беспокоиться о комфорте тараканов терапевта.

(Из интернета)

Сори за еще один психопост, но не могла не поделиться :D

Начала читать книгу No bad parts Ричарда Шварца. Исключительно не помню как ее качала или откуда она у меня появилась, но она очень хорошо откликнулась у меня в голове. Ричард Шварц — доктор психологических наук, который в 80 годах создал новую концепцию восприятия человеческой личности и предложил методы лечения психотравм, она называется IFS. Идея заключается в том, что в одном человеке есть несколько разных эго, которые взаимодействуют с личностью человека. То, что называют голосами внутри, которые часто могут приводить к деструктивному поведению типа жесткой самокритики, селфхарму и прочему: "Зайка, ты опять проебала все свои дедлайны. Ты хоть что-то делаешь нормально?" Существуют они для защиты, правда делают это очень криво. Появляются они в моменты сложных психологических испытаний, когда ваше поведение могло помогать спасать вас и вашу психику, позволяло справится со стрессом и пережить травматичный опыт. Однако после того, как давление на вас прекратилось и причин для подобного поведения уже не существует, вы можете продолжать использовать те же методы в повседневной жизни. Внутренний диалог провоцирует вас, уничтожает и приносит дискомфорт. Мне очень понравилось, что помимо описания концепции того, что происходит в эти моменты в голове автор предлагает достаточно много упражнений по взаимодействию с внутренним Я и субличностями, распознаванием того, что внутри происходит и смене паттернов поведения. В основе упражнений лежит медитация. Никакой эзотерики, просто так намного проще слышать себя.

Если честно, мне этот подход напомнил тот, который использовала мой психолог, но она заходила со стороны транзактного анализа, когда я начала описывать свое состояние. Она сказала, что это похоже на то, что у меня в триггерный момент полностью пропали эго родителя и взрослого и остался только травмированный ребенок. На самом деле, общего на мой взгляд тут немало.
Книга написана в период ковда, относительно новая. В русской версии я ее найти не смогла, есть только на эльфийском. Если кому-то будет интересно почитать, я тут сделала гуглдиск, можно от туда скачать .epub

❤️❤️❤️

Я вышла из академа. И я физик. Звучит, похоже, как приговор для девушки. На самом деле, иногда это действительно так. Я часто сижу на парах и думаю, что могла бы быть юристом в нормальном университете, ну или там экономистом, лингвистом, PR-менеджером. Что угодно, лишь бы профессия была человеческая. Может быть тогда бы я сидела на парах и хотя бы понимала, что происходит на доске, а не смотрела на функциональные ряды как на новые абьюзивные отношения. Но вот она я, физик с МГУ, попавший туда волей честолюбия.

Честно говоря, не понимаю как разрешить эту дилемму. Вот я закончу бакалавриат, на четвертом курсе сдам IELTS, подам документы в магистратуру заграницей, закончу ее там, потом аспирантура, наверное. Но мне кажется, что у меня уже психологическая аллергия на обучение, даже такие антигистаминные как никотин уже плохо помогают.

Или же бежать от туда? Приду к родителям и скажу: «Знаете что? Я фотограф, хоть и не умею снимать. И все тут!» В мире столько удивительных вещей, и физика казалась самой романтичной из них. Но почему 25 кадром National Geographic не показывают тензорный анализ, например? Меня бы это уберегло. Мне страшно за потраченное время, поэтому я продолжаю тратить его сейчас, убеждая себя, что счастлива. Но неужели можно любить то, что делаешь? Для меня это как-то недоступно.

Много историй в голове, настолько много, что сложно писать, потому что одна обгоняет другую.

Несколько лет назад злость и чувство покинутости заставили меня вести дневник. В ту ночь мне хотелось создавать что-то абсолютно дикое и непонятное для окружающих, в знак того, что мне абсолютно наплевать что у них в голове, и я могу жить по своим правилам, получая тонны осуждений и вдохновляясь ими. Мои идеи на пути к воплощению теряют оригинальность и размах, становясь все более простыми в исполнении. Я не умею держать планку, а еще абсолютно не понимаю, чего хочу. События последнего месяца постепенно взращивали во мне огромный ком тревоги. Сначала пришлось избавиться от старых вещей, потому что меня начало пугать мое детство. Я выбросила рисунки из садика, любимые книги, вышивки, тетради -- кучу хлама, который мама просила оставить на память. Еще разорвала дневник, и мне стало плохо от количества исписанных страниц. Тонны попыток выстроить свои системы, навесить на всех ярлыки и найти ценность. Разве можно так много думать, еще и в одиночестве? Дышать стало легче, но вот мой собственный голос в голове становился четче и назойливее. Последней каплей было полнейшее безразличие близких мне людей. Я закрылась в комнате с целью не вылезать от туда, пока ребенок внутри не перепортит всю мебель. Решила написать сайт-галерею, в котором могла бы выкладывать фотографии, которые нравятся мне: снимки себя голой, глубокие порезы на теле, одинокие ночные фотографии из парков. Но все это скатилось в шаблон блога. Сверху картиночка, немного дурацкого нудного текста, потом опять картиночка с фильтром. Вышло красиво, но невозможно объяснить мою злость на себя за это. Не хочу писать о плохом, потому что это травит все внутри. Не могу писать о хорошем, потому что не хочу врать себе. Невозможно писать блог, где не будет обратной связи, где никто не напишет комментарий и я не буду знать, чем отозвалось это у людей. Но не хочу стирать свою работу... Видимо подарю в хорошие лапки популярному человечку.

Мысль два. Сепарация от родителей. Ситуация в мире играет не в мою пользу -- я не могу устроиться на нормальную работу. Я один раз уже жила вне знакомых желтых стен. Я нашла удивительное чувство себя, такую самостоятельную девушку. Пока сидишь в квартире с полным холодильником, пока мама контролирует твой внешний вид, а папа - социальные контакты, а оба они могут не пустить с кем-то встретиться, ты растворяешься в кровати и больше перестаешь существовать. Для тебя домашней это не катастрофа. Но когда сбегаешь из дома, во всем этом видишь свой собственный ад. Сейчас я в аду, наверное. Была бы на улице, сказала бы наверняка, но мои ноги укрыты одеялом. Психолог не помогает, она пытается научить меня сепарироваться внутри стен, но я знаю, что это невозможно. Мне нужно продумать собственный план действий (найти работу, всего то) и бежать, чтобы не поймали.

Мысль три. Неделю назад сидела у близких знакомых, потому что только там могу выпить. Мой голос в голове ужасно действует на нервы. Он повторяет слова, травит обидными фразами. Я просыпаюсь среди ночи и вместо того, чтобы видеть свою комнату, наблюдаю как руки сдирают обои со стен, в уши врезается ровный голос повторяющий цифры на фоне белого шума, азбуки морзе и невыносимых воплей. Галлюцинации, или гипнагогия. Мне хочется разбить свою голову как арбуз, это невыносимо быть с собой. Я режу себе руки и ноги, думая что это может помочь, но это нихрена не помогает. Я продолжаю слышать себя. Меня посадили на карантин родители, мне запрещено выходить из дома. Единственное, чего мне сейчас хочется - это сесть на край балкона с Викой и просто немного покурить. Последнюю сигарету, пока не закрыли весь город. Но раз уж не надо работать, я просто сворую у сестры антидепрессанты. Пока мои друзья курят траву, я буду валяться и жрать таблетки.

Обрывок старых незаконченных эмоций. Сжирающий рассудок страх.

— Сколько нам еще осталось?
Его острые пальцы шарили по моим скулам, длинные ноги намертво сцепились под ребрами. Черный скелет какого-то невнятного животного, или просто мертвое нечто, от которого уже побаливает позвоночник. Я никогда не могла его разглядеть, он часто прятал голову и руки в моих волосах. Сейчас мне страшно, мы идем в абсолютной темноте не разбирая дороги, ломая ветки.
— Ты у меня хорошая. Выстоишь.
— Мне кажется, воздух стал плотнее. Если бы мы хоть что-то видели, то все равно за туманом это трудно было бы разглядеть.
Легкий холод прошелся по спине, и мне захотелось чем-то прикрыться. Я не знала с какой стороны обороняться, казалось я нахожусь в самом центре густого мрака. Чувство незащищенности заставляло меня держать внимание на все направления сразу, что делало меня медлительнее. Ледяными струями страх, парализуя, разливался по телу, отчего хотелось лечь на землю и ждать, когда ко мне придет смерть. Может от когтей, а может просто от голода. Или когда меня смогут отсюда вытащить.
— Ты здесь одна из здравомыслящих осталась, - словно читал мысли, - беги.
— Что?
— Я слышу, как что-то сюда приближается — пропел он, — ты слишком шумишь. — последнее слово он нарочно выделил.
— Почему мы не можем просто договориться? Я не хочу скрываться. Просто остановимся и дождемся, когда нас догонят. Может никто не собирается меня убивать, а я смогу найти союзника.
-- Даже не знаю, ты настолько ленива или просто тупая? Да оно же тебя порвет.

Чем больше ты знаешь, тем более бессмысленнее становится для тебя жизнь. Эту жажду понимать невозможно остановить, потому что она кажется самой безобидной из всех видов жадности.

В конце концов за последние несколько лет встретила человека, с которым могу отложить свои загоны куда-то в коробочку. Он меня научил некоторым вещам и, кажется, даже пытался помочь разобраться в некоторых проблемах. Ну, в тех, которые ему показались таковыми. Но С. и все остальные, что его окружают люди похожи на зависимость. Общаешься, получаешь удовольствие, а потом ломит от желания обсудить с ними что-то, а загоны возвращаются в таком объеме, в котором ты и представить не мог. И в этом я пока что не разобралась... Но ведь не со всеми же так.

Не общались нормально уже давно, но и бог с ним. Хожу по дому, скулю о тяжести и бессмысленности жизни и черт знает как это остановить.