Это не тот жанр, чтобы его определять. Ни джаз, ни классика. Внутренний монолог, который можно понять без слов. Когда-то эта музыка полностью наводняла мои дни в одиночной комнатушке на окраине Парижа. Был февраль, холод обитал со мной в одной постели. С бессонницей рисовали тени на потолке.
И эта музыка. Музыка - как единственная родная душа. Мы разговаривали, понимая друг друга с полутона.
Наверно, она меня спасла. А я, я сохранила её в себе.