Пытаюсь договариваться с той частью, которой пох на всё. Да, говорю я, жизнь объективно так себе занятие, но заче углублять яму? Нужно наоборот улучшать, что можно.

Доулучшались, говорит мне часть, которой на всё пох. Килоньютоны усилий ушли в никуда. В яму. Теперь есть опыт, но бляха муха, я бы и без него пожила прекрасно. Я устала. Страшно устала. Душа кричит, она так больше не может. Биполярка только симпотом того, насколько мне было хреново. И здесьникто не виноват. Так сложилась жизнь, так легли причинно-следственные связи.

Лежи, говорит мне та часть, которой на всё пох. И я лежу. Засыпаю, словно меня выключали. Если хоть немного перегружаюсь эмоционально, то потом 2 недели восстанавливаюсь, по крупице. Ресурс был, да весь вышел.

Я только вспоминаю иногда себя другую. Например, много лет назад, в 9 классе. Я вставала в 4-5, чтобы успеть сделать домашние дела и у родителей не было шансов докопаться, ехала на велосипеде в лес, как только потеплело, читала книжки, готовилась к экзаменам в одиночку, и конечно всё сдала на 5. Чем это тогда закончилось? У меня умерла бабушка, а дед решил уйти вместе с ней, и меня на всё лето посадили к нему как сиделку. К нему и маленькому племяннику. Всего лет 15 кошмаров и пережила тот поступок деда (почти). Справилась же, сильная. Справилась со всем. С тем, что можно тянуть взрослого мужика. С уходом за умирающими отцом и матерью. Улыбалась и не забывала даже заниматься хобби. Но потом устала улыбаться. Потом просто устала. Даже дышать.

И с одной стороны, жива ещё где-то во мне 16 летняя девочка, с другой есть огромная часть, которой на всё пох. Если бы эта девочка, я бы нес могла сесть и печатать, не ходила бы на работу, расчёсывалась бы раз в неделю. Но она есть. Сколько она ещё проживёт?..

И да, гипоманичка спала, привет депрессивный эпизод. Мне не плохо. Мне как обычно.

Как пишет Андрей Курпатов для таких я: “Ты не сломался. Просто твой мозг перестал верить, что усилия что-то меняют”.

Чертовски верно. Что не делай, это словно бесконечный бег по не слишком большому кругу.

Нет образа будущего. Не знаю, к чему идти. Нет желаний. Иногда что-то мелькает, но как правило, это или привычка, или компульсия. Песенка такая была. “ Кому это надо? Никому не надо. Кому это нужно? Никому не нужно”

Единственное, чего я действительно хочу, чтобы меня перестал парить собственный мозг. А он парит, о, да!

Например, стою, мою посуду. Лучше всё делать с аудиокнигой, иначе мысли просто сломают меня. Мою чашку, а в голове отзвуки (не галлюцинации), а просто звучащие из глубины голоса. Про то, как я неправильно мою. Про то, как я неправильно живу. Что у других-то чашки как чашки, а у меня позорище. Или захлёстывают воспоминания по ассоциации, которые показывают мне, какой я жалкой была тогда и тогда, а ещё потом, да и сейчас не лучше, ещё больнее.

Или рисую/вяжу. Голос мамы из глубин прошлого: долго ещё бездельничать будешь? Гора белья на руках не вытсирана, навоз не почищен, свиньи голодные, дома срач, обед не сварен. Не будете мне помогать, возьму и помру! И нет дела моему мозгу, что нет свиней, нет теперь навоза. И что мама умерла, правда сильно позже и не от отсутствия помощи, а от онкологии. Но рука сделала пару движений и дрогнула, меня накрыло чувство вины. Как можно жить, если я не спасла родителей от них самих? Они не ходили по врачам, они нас никогда не лечили, а себя тем более, но я то зачем тогда в медицинском училась?.. Не спасла, не вытащила, не утешила… А сама я утешения и не заслуживала никогда… И дед суициднулся пр мне, не вытащила, не накормила, не могла убираться в те 35 дней, когда он перестал есть, вечный долг, который некому платить, но платить надо…

А ещё эта история с бывшим, 10 лет неизвестно куда, ещё и долги, чтобы не прибили…

И мозг говорит мне: слушай, это уже невозможно. Тебя столько учили быть хорошей, а этого оказалось недостаточно. Ты пахала как лошадь без отпусков почти 15 лет, а выхлоп от этого пшик: хорошие отзывы и полное выгорание. Это невозможно, говорит мне мозг языком слабости, душевной боли и безволия. Иди полежи. Съешь что-нибудь, всё равно сарай давно сгорел, так что теперь очередь хаты. Чтобы ты не придумала, это рассыпется как пепел. Всё и есть пепел

Когда-то посмотрела “Меланхолию” Ларса фон Триера с горькой усмешкой. Типа, о да. Вот она – я. Если конец света, если нужна помощь, я приду, я буду вкалывать, я решу вопросы. Если нужна помощь не мне. Другим. Поддержу, придумаю что-нибудь. Ресурс у меня небольшой, но я возьму кредит у своей энергетической системы, а когда никогда не увидит, буду лежать неделю лицом в подушку. Это тоже стало даваться с диким скрипом, хотя я по привычке бросаюсь помогать, но энергии во мне как в батарейке, которую уже раз пять кусали

и тошно, постоянно тошно

Так что да, я просто хочу, чтобы ушла безысходность и слабость. Чтобы мозг говорил мне: всё будет хорошо, всё можно исправить.

Садхгуру гворит: “Вы просто билогический суп. Но какой суп, плохой или хороший?”

Я пока что дряной пересоленый суп

Иногда и не очень уж часто, думаю, какой бы я была, если бы не болела.

Чтобы это “если” реализовалось, нужно было бы изменить много факторов. Но возможно и только два: наследственность и семейную историю

Нужно было бы переписать жизнь бабушек и дедушек (про более давние поколения я уж молчу), и жизни родителей, так чтобы был у них ресурс нормально жить, короче можно иногда помечтать о путешествиях в прошлое, бывает даже психотерапевтично, но зачастую всё-таки бесполезно.

Я могла всё пережить и не заболеть. Теоретически. Фактически, если уж всё сложилось так, то были на причинно-следственные связи. И генетика, и уровень стресса, дикий на протяжении долгих лет. И то, что ещё десяток лет я воспроизводила в себе прошлое, потому что не знала, как иначе.

А последние пять лет, когда я наконец-то признала проблему и обратилась за помощью, я просто пытаюсь научиться жить по-другому. Совсем. Отчасти получается, ведь многое действительно изменилось. Но всегда останется ядро. хоть ты что делай.

Но думаю, какой бы была здоровой. Мечтаю иногда. Сколько бы вещей не вызывало у меня муку. Была бы продуктивна во всём. Весело смеялась всё было по плечу, и тоска не разъедала бы грудь, и все эмоции были на месте, и не было бы внутри залежей страшной боли.

Мне очень стыдно от того, что я болею.

Невыносимо, когда другие меня видят такой.

И я уже срослась с болезнью, не продставляю себя без неё. Ведь я не знаю себя здоровой. Не помню. Очень смутные воспоминания сквозь розвую дымку.

Уже пару недель езжу по работе в тот двор, где жила студенткой. Мне там хорошо, словно и правда дома. Как будто вижу себя прежнюю, молодую. Депра и тогда донимала, но легче было справляться, ведь тогда было… Иначе. Мне тепло в том дворе, ведь он так часто мне снился. И та квартира, и девчонки. Но вот вопрос: можно ли считать меня больной уже тогда? По многим критериям да, просто я этого не понимала.

20 лет болезни. С ума сойти. Нет уже шанса найти волшебную парочку и стать “как все”. Мимикрировать, подстраиваться, компенсировать. Я пыталась делать это всё время, но силы кончились. Я сгорела.

Вечером посмотрела “Худший человек на земле” и почти довязала юбку

... покатилась к херам
Все как-то не так.

Часть работы перенесла на другие дни, вечером поеду поработаю конечно немного
И утром поработала
Вяжу, пью чай, вздремнула
Онемеоо все внутри