Ничего не делай наполовину.
Если любишь кого-то, люби его всей душой.
Когда идёшь на работу, работай до упора.
Когда ненавидишь кого-то, ненавидь его до тех пор, пока не станет больно.

12 Stones - The last song
12 Stones - In My Head

Люди как мотыльки, тянуться к всему теплому, но чаще тот свет, который они находят – их не греет.
Возможно, интеллект порождает одиночество или одиночество порождает интеллект. В любом случае одно без другого просто не может существовать. Они всегда идут бок о бок.
Жуткая одинокая разумность.
Многие следуют за своей мечтой, но некоторым мечтам просто не суждено сбыться. Чаще всего виной тому нехватка сил, денежных средств и банальный страх. Забросив что-либо, очень непросто к этому вернуться вновь.
Начинаешь убеждать себя, что это не твоё, но оно тебя не отпускает, пока ты не покончишь с этим.
Ты вот хочешь попрощаться со многим из этого списка, но ведь здесь очень много всего хорошего.
Попрощайся лучше со всем плохим: с тем, как ты раньше сбивался с пути, с тем, как тебе отказывали, со всеми бедами, невзгодами, со всей этой болью в сердце.
Попрощайся с тем, что больше никогда не должно повториться.
А трудности скинешь с себя слоем за слоем.

Когда ж нагрянет ураган войны, должны вы подражать повадке тигра.
Мне 35.

Я живу, чтобы уничтожать время.
Я не хочу жить с ним в гармонии.
Ненавижу это слово.
С тех пор, как время регулярно старается меня убить, я безо всякой цели хочу убить его.
Хочу сделать его хромающим, со шрамами.
Я – энцефалитный клещ на спине времени.
Это не горе, не борьба - это один долгий марш со скоростью блицкрига.

Больно отпускать.
Временами кажется, чем упорнее пытаешься держаться за что-то или кого-то, тем больше оно хочет вырваться.
Чувствуешь себя каким-то преступником от того, что чувствовал, желал. От того, что вынужден был желать быть желанным. Тебя это пугает.
Ты думаешь, что твои чувства неправильные, и от этого чувствуешь себя маленьким, ведь так тяжело держать их в себе, когда выпустишь их, и они не вернутся.
Остаёшься таким одиноким, что и выразить нельзя. Это ни с чем не сравнить, правда?
Я был в этой шкуре, ты тоже.
Ты киваешь.

Сижу в кофейне, пытаюсь вернуть свой мир обратно.
Музыка в кофейне включена и звучит какофония из разных песен.
Несколько секунд песни группы Oasis переходят в песню, где девки поют «Is a bad bad boy...» снова и снова около десяти минут.
Никто, кроме меня, не обращает внимания.
В итоге я прошу сделать мне еще кофе и спрашиваю засранца за стойкой часто ли у них такой контраст по музыке?
Он похоже и не замечает весь этот звуковой кошмар, но опять же – в Кудрово такой шумовой перегруз каждый день, поэтому у них внутри выстроена некая защита от всего этого потока.

Пара сидит за столиком в баре.
Официантка подходит принять заказ.
Она заказывает сухой мартини, он заказывает чашку кофе. Чуть погодя, официантка приходит обратно с напитками.
Говорит:

• Я запуталась, кто есть кто?
  Она говорит:
• Я мартини.
  Он говорит:
• Я кофе.
  Официантка ставит напитки на стол и уходит.
  Она - джин. Холодный, опьяняющий. Заводит, заставляет терять голову, становится тепло внутри. Если переберёшь, станет плохо и ты вырубишься.
  Он - кофе. Горячий, дымящийся, фильтрованный. Можешь добавить в него что - ни будь для улучшения вкуса. Портит желудок, возбуждает, напрягает. Бодрит, выжигает.
  Кофе и джин не смешиваются никогда, каждый всё время старается улучшить свой вкус.

У меня никогда не было CD плеера.
Но я застал тот момент, когда дома у родителей была Радиола и можно было слушать на ней виниловые пластинки.
С технической точки зрения на компакт-диске нет никакой музыки — да, там содержится какая-то информация, но не музыка.
А вот в дорожках виниловой пластинки содержится конкретно музыка.
Когда ты слушаешь пластинку, ты вместе с иголкой проходишь большие расстояния — ты словно путешествуешь и слушаешь экскурсовода, рассказывающего тебе то, что для тебя очень важно и интересно.
Прослушивание наедине с самим собой компакт-диска — это пребывание в одиночестве. Прослушивание наедине с самим собой потрескивающей пластинки — это наслаждение уединением.

Время с тобой было идеальным, никогда - скучным, никогда - потраченным зря.
Ты всегда была одной и той же глубокой и прекрасной, восхитительной.
Я смотрел на тебя когда мы сидели где - ни будь, ты внушала в меня трепет одним своим присутствием.
Когда я был далеко от тебя, я бесконечно пялился на твое фото.
Один факт.
Я бы сделал все для тебя, зная, что это может быть использовано против меня.
Для тебя я бы извлек солнечный свет из воздуха и снял бы проклятия с твоей жизни.
Сейчас это уже как трагедия.
Непрерывные похороны для меня.
Ты где - то там. И иногда я чувствую себя медленно умирающим, зная, что ты такая живая. Где - то и кто - то еще нюхает твои волосы и трогает твою шею.
Ты не обещала держать мои руки и превращать в кровь мою сталь.
Ты знаешь, как эти когтистые ночи могут проходить.
Они срывают мясо прямо с твоей спины, загоняют тебя в угол чтобы ты смог встретить еще одну грохочущую ночь в одиночестве.

Друг написал на днях: Читать голосом Дроздова.
Olegopupsicus unicum занесенный в Красную книгу представитель рода желтокурточников.
Для данного вида характерен довольно высокий рост о 186 до 198 см, удлиненные ярко - желтый окраски надкрылья и уникальные рисунки на передних частях лапок.
Ареал преимущественно в удалении от городов, в светлых подлесках или лугах.
Но редкий представитель вида может встретиться в городских парках при условии хорошей солнечной погоды.