Я посмотрела фильм Дудя про ВИЧ. Я не узнала ничего нового, но это всё равно было полезно, потому что эта информация всегда как-то немного на периферии сознания. Я лично реально редко думаю о том, сколько сейчас в России ВИЧ+ людей. Я крайне редко думаю о том, что среди моего окружения абсолютно точно есть хотя бы один ВИЧ+. И он просто живёт, и это нормально, и ничем не отличается от меня, я даже не знаю, кто это. И это отлично. Но не означает, что опасности нет.
Я решила, что стоит сходить и купить тест. Они есть в аптеке, для теста нужно какое-то количество денег, слюна и двадцать минут времени. Я проверялась на ВИЧ в конце позапрошлого года, я не уверена, но почти наверняка на ВИЧ брали анализы при оформлении мед.книжки. И поводов волноваться у меня реально, в общем-то, нет. Только любимое мной "а вдруг что". Поэтому я сижу и пишу этот текст, пытаясь слегка успокоить себя, пока красный цвет заполняет окошко в тесте. Чертовски медленно, вообще-то.
Я поставила чай, я пишу этот текст, я включу видос какой-нибудь и продолжу вязать авоську. Ведь даже если я внезапно окажусь ВИЧ+, без авоськи я никак всё равно. Жизнь-то на этом не заканчивается.
К слову, про авоськи. Меня это занятие очень хорошо успокаивает. Я вяжу сейчас первую, и это будет не самый удачный опыт - очень тонкая нитка, и соответственно, нужно будет на одну авоську приложить больше сил и положить больше времени, чем хотелось бы. Решила, что если захочу дальше вязать авоськи, попробую их продавать друзьям и знакомым, и не просто, а подключить к этому благотворительность. Расписать, мол, столько-то денег - нитки, столько-то - мой труд, столько вы сами переводите на благо, можно больше, конечно. По-моему, это чУдная схема, потому что авоська будет стоить, как обычная магазинная, но, во-первых, у покупателя будет выбор - размер и цвет, а, во-вторых, то, что обычно уходит дядям с и без того большими кошельками, будет уходить тем, кто в этом нуждается. Классно же, да?
Я съела сушек, выпила чаю, пообедала. И вот, смотрю на тест. Отрицательный, можно выдыхать. Хорошо же.

Я вчера искренне хотела забабахать хороший текст про то, почему восьмое марта - это важно. Но не смогла.
Потому что внезапно у меня проявились симптомы переутомления. Нервного напряжения. После месяца в отпуске, ага. Температура уходит в минус (моя личная), встать невозможно, голова болит так, что аж до слёз.
Сегодня мне лучше. И сегодня я хочу написать про то, что женщины классные.
Женщины сильные. Даже в условиях, когда нам не дают нормально есть (эй, ты что, хочешь быть толстой?), когда нам нужно тратить по час-два в день, чтобы выглядеть "прилично" (бритьё ног, подмышек, укладка волос, макияж, маникюр, педикюр, тщательный подбор одежды), когда на желанную работу берут мужчину, а не женщину (потому что мужчина не уйдёт в декрет, а ещё просто банально паприроде руководитель, а ты посиди), когда остаёмся одни с двумя детьми без алиментов, когда нас никто не хочет защищать, кроме нас самих, когда сажают за эту самую самозащиту. Женщины сильные. Мы боремся за свои права, и грамм за граммом выгрызаем их. Женщины прошлого выбили, вырвали зубами для нас право на образование, на участие в выборах, на банальные штаны, на свободу от мужчин. Только благодаря этим женщинам я могу жить так, как живу. Я благодарна им, они были восхитительными. В нашем времени другие проблемы. Мы боремся за принятие закона против домашнего насилия, боремся за то, чтобы любых насильников наказывали, чтобы жертву перестали делать виноватой, чтобы ходить, как нам вздумается (да, те самые небритые подмышки). Боремся за то, чтобы женщин в политике и топ-менеджменте компаний было больше, чтобы на технических специальностях девочка не было бы чем-то странным. Боремся за свободу своего тела быть таким, какое оно есть, и за свободу распоряжаться им самостоятельно.
И всё это очень сложно, потому что вокруг миллион неадекватов, которые считают, что феминистки ненавидят мужчин, а ещё что они плохие, потому что не хотят соответствовать критериям ебабельности и рассказывают женщинам о том, что так можно вообще. Феминисток не любят, потому что мы не хотим терпеть, хотим быть видимыми и заметными, хотим получать ноль осуждения за пиво, бургеры и любовь к "неженственным" занятиям, равно как и ноль осуждения за розовые юбки, каблуки и накаченные губы, если уж нам того хочется. "Феминистка" - звучит как ругательство в умах очень и очень многих. И знаете, что?
Да и пусть. Я всё равно буду феминисткой. Я рада, что у меня есть подруги, которые поддержат меня и никогда не скажут "самавиновата". Я рада, что женщинам разрешили водить поезда в метро, и значит, мы получили ещё немного больше свободы. Я рада, что теперь я точно знаю: женщины - сила, и лапищи у нас мощны, и мы ещё всем покажем (ну, кто захочет, а если кто не захочет - та дома посидит, чайку выпьет, и мы - феминистки - всё равно будем её любить). И я тоже. Мощна, сильна и хороша.

Я помню, как в какие-нибудь шестнадцать-семнадцать лет сидела перед сестрой, говорила всякие важные для себя вещи и бесилась. Бесилась, потому что она ничего не понимает. Она не понимает, как мне вот от этой всей ситуации плохо. Не понимает она, что сейчас всё так свалилось - и любовь эта дурацкая, и в школе преподы орут, и со здоровьем жопа, лучшая подруга в ебенях каких-то. Грустно и одиноко. Или просто высказываешь какое-то мнения, а тебе кивают и так слегка снисходительно смотрят. Ну и вообще вот эти все нежности какие-то странные. Ты-то уже взрослый человек. В семнадцать-восемнадцать уже довольно самостоятельный при этом даже может. Ешь, что хочешь, живёшь, где хочешь, спишь, с кем хочешь. Такой же, как и вот эти вот взрослые дурацкие, которые бесят.
Очень смешно, забавно и чуть грустно оказаться вдруг на другой стороне этого диалога. Когда тот самый нудный и тыничегонепонимаешь взрослый - это ты. А ты даже ничего для этого не делал. Просто вот человек, который с тобой разговаривает, ребёнок в твоих глазах, и ты ну ничего не можешь с этим поделать. Потому что видно, что это ребёнок. Я могу абсолютно принять то, что она делает, что хочет, зарабатывает всё в том же духе, но она не взрослый человек. Как минимум потому, что пока противопоставляет себя взрослым, хоть и не говорит об этом вслух. Но я прекрасно это помню, вот в чём дело.
Я помню, что существуют "они" - скучные, занудные, до тошноты иногда прагматичные и невозмутимые тоже до тошноты. Существовали. А потом в какой-то момент внезапно перестали. В моём мире больше нет взрослых. Есть люди старше, есть люди младше. Разный возраст, разные поколения, разное воспитание, но я не отделяю себя от них совсем, а они не отделяют от себя. Те, что постарше, зовут меня молодой, и этим иногда искусственно отделяют. Все остальные так не делают. Зато у меня появилась категория "дети". И это не те, кому до восемнадцати, это просто те, кого я, хоть убейся, не могу считать "собратом". Я знаю, что разговор с ребёнком всегда будет различаться, и я всегда услышу не зрелую точку зрения. Есть минимальный процент исключений, и такие меня удивляют. Но они очень быстро выходят из "детей" и становятся просто как я. Видимо, взрослыми.
Так и живу.

Сегодня, смотря на себя в зеркало, я подумала (в очередной раз), что вижу лицо, которое вряд ли критично поменяется в ближайшие лет эдак двадцать. Как я это поняла? Я увидела в зеркале мамино лицо. Не на фото, где роль играет ракурс, поза, выражение лица, а вот просто в зеркале, с ракурсом и выражением "на паспорт". Маме и сейчас не дашь толком сорок семь, но с двадцати до сорока её лицо не менялось практически совсем. Как и бабушкино, как, скорее всего, будет и у сестры, и у меня.
До меня вдруг дошло, что вот эта версия моего лица - это как бы конечный продукт. Ну, на данный момент. То есть, когда тебе тринадцать, ты знаешь, что лицо ещё может вытянуться, например. Или что брови могут стать тоньше. Скулы чётче. Не знаю, вот это вот всё, неуловимое. Ты знаешь, что есть твоё детское лицо, и есть взрослые лица. И даже в восемнадцать ещё что-то куда-то меняется. Мне кажется, что я даже не смогу точно сказать, что это, но факт в том, что в восемнадцать я не видела в зеркале мамино лицо, а теперь вижу его слишком хорошо. С фигурой та же тема.
Именно сейчас я могу сказать: моё тело закончило своё развитие. Оно будет меняться в будущем, может быть я буду вынашивать ребёнка, я совершенно точно начну стареть рано или поздно, я могу поправляться и худеть. Я могу попасть в аварию или что-то в этом роде, и тогда тело тоже может измениться. Но база у меня вот ровно такая, какая я сейчас. В плане базы ничего больше не поменяется, разве что я не лягу на стол к хирургу добровольно.
Есть вещи, которые я бы изменила. Я бы сделала свою улыбку другой, потому что мне не нравится, что, когда я смеюсь или просто широко улыбаюсь, видна абсолютно вся десна. Я бы изменила зубы (может быть, и изменю). Я бы изменила форму груди. Да, я перестала её откровенно ненавидеть, и даже иногда я думаю, что она красивая, но как только я вижу девушек с той формой, что мне действительно нравится, я начинаю грустить. Если бы был безопасный способ, я бы выпрямила позвоночник, конечно. Полностью. Я бы сразу стала выше сантиметра на три-четыре. Плечи бы стали совсем другими. Я стала бы более симметричной. Позвоночник - это моя несбыточная мечта.
Но, несмотря на вот это всё, мне действительно несложно принять тот факт, что я вот такая, и расти и меняться в привычном детском смысле уже не буду. Никогда, совсем, никак. Проживу в этом теле, мы с ним будем меняться по своему желанию, а потом начну стареть. Лет через двадцать.

В последнее время хочется стихов. И вертятся стихи. Попсовые и не очень, те, что учила в школе для уроков (потому что я учила только то, что нравилось). Сегодня почему-то преимущественно "двадцать первое, ночь, понедельник", но вообще всякое бывает.
Весна?

Снова задумала одну там вещь про саморазвитие. В этот раз намеренно сильно ограничила количество того, что я обязуюсь делать. Количество и в смысле конкретно наименований, и в смысле усилий. Я много про это читала и слушала, и на своём опыте знаю - тише едешь, дальше будешь. Но мой неугомонный тревожный мозг орёт: слишком мало! Давай ещё что-то! Эти штуки не дадут никаких изменений!
Хотя они не могут не дать никаких изменений, если уж на то пошло. И я дёргаю и дёргаю себя: расслабься, слышь? Помнишь, ты как-то в шестнадцать вводила ровно одну привычку на 40 дней, и у тебя отлично вышло? Так вот это потому, что так и надо делать. Одна. Простая. Привычка. И так это и работает. Я говорю себе: ресурс воли ограничен. Ты не можешь сразу и полностью всё изменить. Но слушать этот свой в высшей степени разумный голос действительно сложно. Когда ощущаю в себе много сил, а бросаться на новые штуки нельзя. Ужас и кошмар, я думаю.
Направляю всё это дело в мирное русло. Звоню работодателям, пишу посты, занимаюсь домом. Стараюсь отпустить ситуацию. Как же смешно всё это изнутри, кто бы знал.

Я каждый раз так радуюсь, когда друзья возвращаются с плёночных фотосессий, получают результат и потом из штанов от радости выпрыгивают. Я выпрыгиваю вместе с ними. Они все такие особенные, все такие красивые, и на фото - именно такие, какими я их знаю. Волшебница моя видит их самую лучшую суть за каких-то пару часов, а меж тем суть эта перед кем попало не вылезет. Это то, что раскрывается в совместном поедании пиццы, когда лучшая подруга приезжает в вечер, когда ты рассталась с парнем, и вы ржёте большую часть времени, несмотря на то, что больно вообще-то. Или когда тебя засовывают под одеяло, дают чай, бегут в магазин на первом за шоколадкой и включают ТБВ. И всё с таким лицом строгим, будто на руках есть бумажка от врача о том, что если всё это не сделать в строго определённо порядке, я как пить дать помру. Или когда с сестрой лежишь в одной постели ночью и никак не можешь заснуть, потому что говорить хочется больше, ведь так редко видимся. Все мамины завтраки, приготовленные мне, все детские игры и разбитые коленки, все шутки и вся невидимая и видимая забота отчима - на карточках про мою семью. Флейта, чай на небольшой кухне, открыта с понями и шоколадка, незаметно подкинутые в сумку - всё в её фото.
Однажды, когда я перестану быть ленивой прокрастинирующей задницей, я распечатаю себе её фотографии моих близких. Я хороший рекламщик, и поэтому у неё побывали почти все, кажется. Всегда есть, куда стремиться, и тем не менее. Так вот, я распечатаю себе эти фото, где мои любимые такие радостные, серьёзные, совсем настоящие. Помещу их в альбом, и в моменты особой грусти буду пересматривать. Потому что для чего ещё тогда вообще делаются такие фотографии?

Силы появились, аппетит тоже. Значит, выздоравливаю. А всё почему? Потому что болеть тоже уметь надо. Не по дому с тряпкой гонять и в магазин, а лежать, лежать и ещё раз чай. Так, чтобы в печёнках уже и эта кровать, и бельё, и чай этот с лимоном, и фильмы любимые тоже. Когда я впервые так поболела, и мне стало легче гораздо быстрее, чем обычно, я поняла, что только и исключительно так это и работает. И есть простое объяснение - сэкономленные силы идут в борьбу с болезнью, это факт. Но актуально именно тогда, когда не встать. Вот мне вчера и позавчера было так, и я рада, что сегодня уже гораздо лучше. Не идеально, но прям хорошо. Даже вот посуду вымыла, чуть в комнате навела порядок, на радостях разбила градусник и всё убрала, конечно. Да и вообще, может даже суп сварю, кто меня знает.
Мне начинает казаться, что я где-то топчусь на месте. Некоторые мои цели и желания не меняются уже пару лет как. Это преимущественно те вещи, которые выходят за рамки моего комфорта, но могли бы сделать мою жизнь значительно лучше и проще. Я головой знаю, что их нужно делать. Или не делать. В общем, теоретически всё понятно. Но на практике меня не хватает на это. И тут порочный круг - эти вещи помогли бы иметь больше ресурса, но чтобы они начали приносить пользу, нужно потратить ресурс. "Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет!"
Моя радость, конечно, в том, что есть успехи даже тут. Масенькие такие, но есть. Чтение книг и меньший интерес к соцсетям, например. Хорошей, и может даже и любимой книге я радуюсь каждый раз, когда открываю её даже на телефоне. Плюс ресурс. Принципиальный отказ от "бумажных" стаканчиков, даже когда очень хочется кофе или чай, а термоса с собой нет. Сейчас я просто не вспоминаю о возможности стаканчика, но знание, что даже эта мелочь - некоторый прогресс, подпитывает меня. Привычка проветривать комнату и держать дома комфортную, но всё же прохладу. Первое время сложно, но на самом деле свежесть делает повседневность много легче. Мелкие штуки одна за одной, всего и не вспомнить, но именно это даёт мне чуть силы, чтобы жить дальше в тяжелые времена. Откуда взять многа-многа сил, чтобы сделать жизнь ещё лучше, привнеся в неё ещё штук - непонятно пока. Но я стараюсь как-то находить. Но пока получается так себе.
Может, снова попробовать медитировать, я не знаю...

Люблю молодые семьи. Ну, знаете, эти ребята - красивые, почти юные, смотрят друг на друга, как на самое большое сокровище на свете и всё в этом духе. И всё хорошо. И родители дружат, и все всем нравятся. И квартиру дали, собаку купили, всё как-то налаживается. Ребятам по двадцать или чуть больше. Мне нравится смотреть на такие сказки, и я даже когда-то мечтала, что и у меня так будет. Что я встречу парня, он меня, и всё у нас будет карамельно так, до кариеса. Год вместе, полгода потом живём вместе, дальше предложение-загс-платье. Да, я тоже чего-то такого в глубине души хочу, что поделать. Ну, может, не белое платье, но какое-нибудь классное. И мой плейлист на танцах, и мы вместе с ним там вдвоём отжигаем в толпе друзей (хотя откуда у меня толпа). Так вот. Молодые семьи, всё так хорошо и сахарно сладко.
И тут херак. Девочка из набожной, не побоюсь этого слова, семьи, отличница, спортсменка профессиональная, с хорошим престижным дипломом, подающая надежды, скромная-вотэтовсё - изменяет своему мужу. Полгода из полутра в том самом браке. Полгода из трёх с половиной лет отношений. И по мерзкому поводу. Вчера ехала домой с цветами, подаренными начальницей и ехидно спрашивала "что мужу говорить" в сториз, а сегодня вот - херак. Картинка разрушена, счастливого конца не будет, развод.
Меня здорово этой историей огрело. Я в ребят очень верила, они будто сделаны друг для друга были. Ну и да, никакого дерьмища за два года перед свадьбой. Потом вот думаю: может, и зря? Может, нужно всё же вот это дерьмище, и не правы те, кто говорят, что надо жениться только на подъёме? Ты же тогда женишься или замуж выходишь за человека, про которого ты, по факту, знаешь абсолютное нихрена. Если не было ничего стрессового, через что надо было бы пройти так или иначе вдвоём, как ты узнаешь, что будет, когда это стрессовое нагрянет? А после штампа некоторым кажется, что вот на ком женился, с тем и живёшь. Неправда, если ты вышел на том самом подъёме. Видимо, неправда.
Видимо, правда там, где свадьба - через семь лет после начала отношений, через слёзы, боль, "я тебя не люблю" или "я не знаю, люблю ли тебя". Может быть, правда там, где вместе через тяжёлую болезнь, через полное отсутствие денег, через полное непринятие родственников или друзей. Где-то там, где ты увидел не только карамель и зефирки в человеке, но ещё и всякое там нехорошее. Когда можешь сказать: он плох вот здесь и вот здесь, но я его люблю, и я знаю, что мне с этим жить.
Почему я так уверена? Видела много-много семей, наблюдала этих людей с детства и знала их истории, знаю и сейчас. Все проходят через некотрое дерьмо. Вопрос в том, как люди поступают, когда это случается первый раз. Дальше уже более-менее понятно всё будет, как правило, а первый раз - самый капец. Решающий.
Мои ребята не справились. Девочка не справилась, потому что я знаю историю, и я знаю, как это всё делается. Вот так, как она сделала - не делается, блин.

Сегодня температура поднялась до 37,5, и я поняла, что щаспомру. Как я в какие-то периоды неделями с 38 лежала - ума не приложу. А уж как я с такой же температурой, помнится, работала что-то формата 24/7 (сложный и важный проект) и одновременно переезжала одна за двоих человек, потому что Егор тогда лежал с 39 неделю и вокруг той недели тоже с 38+-, и у него вообще ничего никак не сбивалось? Короче, хорошо, что я могу полежать.
Плохо, что мне грустно. Я ощущаю некую вину за то, что постиранные в ночи вещи так и не развешаны, потому что сил нет снимать сначала сухое, потом ещё это мокрое вешать. Шмотки уже точно надо перестирывать. Или вот посуда грязная. Коробки, которые надо разобрать, не разобраны. Ещё там что-то. Дела есть, но я действительно не могу, хотя, пока лежу, кажется, что ок. Но стоит чисто встать ещё чая налить, и сразу ощутимо хуже. Такое прям.
Выяснила, что варенье бывает двух видов: то, которое плесневеет, и то, которое бродит. Варенье из Суздаля забродило, но мне жалко его выбрасывать, так что я нашла рецепт какого-то коржа с забродившим вареньем. Попробовать стоит, я думаю, вот только сначала как-то немного встану на ноги. В прямом смысле. А сейчас, к моему огромному сожалению, мне не хочется вообще никакой еды. Ну, может бульончика куриного, но не более того. Почему "к сожалению"? Потому что вкусная еда меня радует, это важно и всё такое. Я дома одна (Аня умотала к маме на пару дней, оно и к лучшему, может хоть не заразится), никого к себе в гости я звать не буду, опять же - заражать не хочу. На рукоделие тоже сил нет, я пробовала. Одна радость - строчить посты и смотреть кинцо. Книжки ещё хорошие читать, конечно.
Пересмотрела первую часть ГП, посмотрела Зелёную книгу (очень классный, зря так долго обходила его стороной, все, кто не видел - смотрите его), пересмотрела Дневник Бриджит Джонс. Думаю, что теперь: Звёздные войны? Я смотрела их первый и последний раз как-то осознанно ещё в Питере, в квартире у одного хорошего человека (ох этот момент, когда не можешь сказать "друг", потому што помнишь, что он с этого бесился, а как его обозвать - совершенно непонятно, будет хорошим человеком.). Помню тот диван, ноут на табуретке, вот это всё. Интересная деталь в том, что из Звёздных Войн (а мы их тогда все честно посмотрели, все 6 (не признаю всё, что там дальше было)), я помню и сейчас не больше, чем до их подробного просмотра. Оно, в общем, и понятно. Питер мне тогда запомнился совсем другими вещами, что уж тут. Второй вариант на "что теперь" - Стражи Галактики или тоже второй, ибо очень рядом, Мстители. Атмосфера классная, комиксы, расслабон, вы знаете. Ну и третий пока - Ральф. Его не смотрела вообще, но советуют. Но хрен знает, две новых вещи в один день на меня уже не очень похоже.
Вина хочется. Красного, плотного, тёплого. Такого почти горячего и с пряностями, конечно. И сухим белым хлебом заесть. Кажется, что такое сочетание просто обязано все эти ваши простуды прогнать. Но пока без вина. Увы.